GEOpoesia.ru

сайт  геопоэзии




Отдых в Японии



  см. также стихи о Японии >>  


Геопоэзия  :  Отдых в Японии



- 11 -


Если случайности и переменчивость военной судьбы сведут вас с японскими войсками в бою, обойдитесь помягче с их кавалерией. Она не причинит никакого вреда. Положите несколько петард под ноги их лошадям, а потом снарядите команду подобрать останки. Однако при встрече с японской пехотой, ведомой офицером с континента, открывайте беглый огонь, и как можно раньше, с самой большой дистанции. Эти дурные человечки умеют слишком многое.

Окончательно определив военные способности этой нации на примере двух сотен людей, выбранных наугад, подобно тому как проделал ранее мой японский друг, который оценил нас в начале этого письма, я посвятил себя изучению Токио.

Устал от храмов. Их монотонное великолепие вызывает головную боль. Вы тоже устанете от храмов, если только не являетесь художником, но в таком случае опротивите самому себе. Одни говорят, что Токио не уступает по площади Лондону, другие - что город достигает не больше десяти миль в длину и восьми в ширину. Есть много способов разрешения этой задачи. Я отыскал чайный домик в саду на зеленом плато и забрался туда по пролетам лестниц, где на каждой ступеньке улыбалась хорошенькая девушка. С этой высоты я взглянул на город и увидел сплошные крыши - перспектива была отмечена бесчисленными фабричными трубами, - затем прогулялся несколько миль и нашел парк на другой возвышенности, где было еще больше прелестных девушек. Я снова посмотрел на город - он тянулся уже в другом направлении и снова - насколько хватало глаз. Если считать, что при ясной погоде дальность видимого горизонта - восемнадцать миль, получается, что ширина Токио - тридцать шесть миль, хотя нескольких миль я мог и недосчитаться.

Жизнь била ключом во всех кварталах. Вдоль главных артерий города миля за милей бежали двойные трамвайные линии; у вокзалов рядами стояли омнибусы; на улицах "Компани женераль дё омнибю дё Токьо" демонстрировала свои красные и позолоченные вагоны. Трамваи были переполнены, общественные и частные омнибусы тоже, кроме того, улицы кишели рикшами. От берега моря до тенистого зеленого парка и далее, до самого горизонта, терявшегося в дымке, земля словно кипела людьми.

Здесь без труда наблюдалось, насколько западная цивилизация растлила японцев. Каждый десятый с головы до ног был одет по-европейски. Странная раса! Она пародирует любой тип людей, характерный для крупного английского города. Вот толстый самодовольный купец с бакенбардами бараньей котлеткой; кроткий длинноволосый профессор естественных наук в мешковатой одежде; школьник в итонской куртке и черных суконных брюках; молодой клерк во фланелевой теннисной рубашке - член клэпхемского атлетического клуба; мастеровой в сильно поношенном твиде; юрист с цилиндром на голове, выбритой верхней губой и черной кожаной сумкой в руках; безработный моряк; приказчик. За полчаса вы встретите в Токио всех их и многих других. Если желаете объясниться с такой "имитацией", учтите, что она говорит только по-японски. Прощупайте ее - она окажется вовсе не тем, чем казалась. Я фланировал по улицам, пытаясь завязать беседу с людьми, которые больше других смахивали на англичан. Их вежливость не соответствовала одеяниям, и все же они не знали ни слова на моем родном языке. Лишь мальчуган в форме военно-морского колледжа сказал неожиданно: "Я говорить английски" - и тут же осекся. Остальные изливали на мою голову потоки японских слов. Однако вывески магазинов и товары, трамвайная линия у меня под ногами, объявления на улицах были английскими. Я бродил словно во сне. Далеко от Токио, в стороне от железной дороги, я тоже встречался с подобными людьми, одетыми на английский манер и тоже "немыми". Наверное, таких очень много в этой стране.

"Боже правый! Вот Япония, жаждущая окунуться с головой в цивилизацию, даже не зная языка, на котором можно хотя бы сносно произнести "черт побери!" Это надо изучить". Случай привел меня к зданию газетного оффиса, и я вбежал туда, требуя встречи с редактором. Он вышел ко мне, редактор "Токьо Паблик Опиньон", - молодой человек в темном сюртуке.

В других частях света отыщется немного редакторов, которые, прежде чем приступить к беседе, предложат вам чашку чаю и сигарету. Мой друг немного говорил по-английски. Его газета, хотя название печаталось по-английски, была японской. Однако он знал свое дело. Не успел я рассказать ему о своем поручении, которое состояло в приобретении всевозможной информации, как он задал вопрос: "Вы англичанин? Что вы думаете о пересмотре Американского договора?" Появилась записная книжка, и я облился холодным потом: мы вовсе не договаривались, что я буду давать интервью.

- Очень многое, - ответил я, вспомнив блаженной памяти сэра Роджера, - очень многое необходимо сказать той и другой стороне. Пересмотр Американского договора... хм... требует тщательного изучения и может быть без риска отнесен...

- Однако Япония уже стала цивилизованной...

Итак, Япония заявляет, что она стала цивилизованной страной. Насколько я мог судить, в этом-то и заключалось все дело. "Давайте покончим с идиотской системой открытых портов и паспортов для иностранцев, выезжающих внутрь страны, - вот что в действительности заявляет Япония. - Предоставьте нам место в цивилизованном мире и тогда общайтесь с нами, торгуйте, пользуйтесь нашей землей. Однако подчиняйтесь нашей юрисдикции и согласитесь с нашими тарифами". Поскольку к настоящему времени одно-два европейских государства уже добились обычными способами специальных тарифов на свои товары, они не слишком-то ревностно стремятся оказаться в числе, так сказать, "обыкновенных смертных". Японская точка зрения великолепно отвечает интересам отдельных европейцев, которые мечтают проникнуть в эту страну, чтобы делать там свои деньги, однако она не устраивает европейские государства в целом и особенно - наше.

Тем не менее я не был готов к тому, чтобы мое полнейшее неведение в наболевшем вопросе оказалось в чьей-либо записной книжке, кроме моей собственной. Я принялся "глад-стонить" в самых витиеватых выражениях. Мой друг записывал все это в манере графа Сморлторка. Затем я атаковал его, то есть их цивилизованность. Мне пришлось говорить медленно, потому что редактор страдал привычкой записывать два моих слова одним, тем самым обращая их в нечто совершенно неожиданное.



(перевод В.Н. Кондракова, стихотворные переводы - Н.В. Димчевского)


  ещё по теме >>  




Раздел Отдых в Японии > глава Отдых в Японии, фотографии, карты





  Рейтинг@Mail.ru