GEOpoesia.ru

сайт  геопоэзии




Впечатления о Японии



  см. также стихи о Японии >>  


Геопоэзия  :  Впечатления о Японии



- 4 -


Я окинул взглядом безупречную комнату, посмотрел на карликовые сосны и кремовые цветы вишни за окном, на О Тойо, которая заливалась смехом, оттого что я пускал дым через нос, на кольцо девушек из "Микадо", сидевших на коврике из золотисто-бурой медвежьей шкуры. Во всем ощущались цвети форма. Здесь были пища, комфорт, а красоты хватило бы для размышлений на полгода. Не хочу быть бирманцем. Желаю стать японцем неразлучным с О Тойо, bien entendu, в домике, разделенном на кабинеты, стоящем на склоне холма, пахнущего камфорным деревом.

- Хей-о! - воскликнул профессор. - На земле есть места и похуже. Ты помнишь, что наш пароход отходит в четыре? Пора просить счет и сматываться.

Я понял, что оставил свое сердце у О Тойо под этими соснами. Может быть, я получу его назад в Кобе.

 

 

Глава XI

 

Дальнейшее исследование Японии; Внутреннее Японское море и превосходная кухня; таинство с паспортами, консульством и прочее

 

Рим! Рим! Кажется, там я покупал хорошие сигары.

 

Из записок путешественника

 

Увы! Насколько бессильным порой оказывается перо! Я собирался рассказать о Нагасаки значительно больше, чем смог, поведать, например, о похоронной процессии, которую встретил на улице. Вам стоило бы узнать о причитающих женщинах в белом, которые шли за усопшим, запертым в деревянном паланкине. Паланкин раскачивался на плечах носильщиков. Словно отлитый из бронзы, буддийский священник двигался впереди, а мальчишки бежали следом.

Я собирался предложить вашему вниманию рассуждение о морали, обзор политической ситуации и исчерпывающее эссе о будущем Японии, однако успел обо всем забыть и помню лишь О Тойо в чайном саду.

Из Нагасаки на пароходе "Пи энд Оу" мы направились через Внутреннее Японское море в Кобе. Это значит, что последние двадцать часов мы плывем словно по гигантскому озеру, которое, насколько хватает глаз, усеяно всевозможными островками. Некоторые из них достигают в длину четырех миль, а в ширину двух, иные - просто крошечные бугорки, не больше, чем копна сена. "Кук и Сыновья" взимают лишнюю сотню рупий за проезд через этот уголок Вселенной, однако сами понятия не имеют, как творятся подобные чудеса. На самом деле при любой погоде, при любом освещении эти островки (пурпурные, янтарные, серые, зеленые и черные) стоят впятеро дороже.

Последние полчаса я провел в толпе галдящих туристов, размышляя о том, как бы получше "преподнести" вам этих господ. Туристы, конечно, не поддаются описанию: каждые полминуты они вскрикивают "Боже мой!", а еще через пять минут спрашивают друг друга: "Па-аслушайте, не кажется ли вам, что все это слишком однообразно?" Затем они принимаются играть в некую игру, напоминающую крикет, пока очередной отменный пейзаж не заставляет их прерваться и снова воскликнуть "Боже мой!". Если бы на островах было побольше дубов и сосен, то возникла бы полная иллюзия, что на протяжении трехсот миль мимо нас тянутся берега озера Наини-Таль. Однако Наини-Таль далеко, и по мере того, как наш большой пароход продвигался вперед по водным аллеям, я видел, что мертвенно спокойное на первый взгляд море с гулким эхом обрушивает к подножию утесов прибой футов в десять высотой.

Мы продвигались среди такой густой россыпи островов, что чудилось, будто вокруг сомкнулись сплошные берега. Наверное, приливное течение огибает вон тот одинокий риф (об этом говорит толчея мелких волн) и вот-вот вынесет пароход на скалу. Некто стоящий на мостике спасает судно, и мы уже целимся в другой островок... И так без конца. Глаза не успевают следить за носом парохода, который катится то вправо, то влево.

Конченные личности, которые уже не в состоянии весь вечер кричать "Боже мой!", спускаются вниз.

Попав в Японию (все путешествие может занять три месяца, или десять недель), постарайтесь пройти Внутренним Японским морем и тогда узнаете, насколько быстро изумление может смениться обычным любопытством, а то и безразличием. Что касается меня, то я сейчас больше думаю об устрицах, которые были закуплены для нашего стола в Нагасаки, чем о призрачном островке, похожем на морскую звезду, который проскользнул за бортом. Да, это море романтических тайн. Луна серебрит воду, и белые паруса джонок тоже кажутся серебряными. Однако, если стюард подаст устриц под кэрри, вместо того чтобы оставить их в раковинах, меня не смогут утешить все, словно завешенные вуалью, прелести вон того утеса или той скалы, что изъедена пещерами. Сегодня 17 апреля - я сижу в длиннополом пальто, закутавшись в плед, а пальцы, сведенные холодом, с трудом удерживают перо. Это провоцирует меня на вопрос: как поживают ваши крыльчатые вентиляторы? Напоминаю: смесь стеотита с керосином хороша от скрипа механизмов. Если кули заснет и вы проснетесь в Гадесе, постарайтесь не выходить из себя. Пока. Я пошел к своим устрицам.

Прошло двое суток. Я пишу эти строки в Кобе (тридцать часов от Нагасаки). Европейская часть города - примитивный американский городишко. Мы прошлись по его широким голым улицам. Бутафорские штукатуренные дома украшены деревянными коринфскими колоннами, верандами и крылечками. Все вокруг серо, как само небо, нависающее над реденькой зеленью деревьев, которые несправедливо называют тенистыми. Снаружи Кобе действительно выглядит по-американски. Даже я, видевший Америку только на картинках, сразу же узнал Портленд в штате Мен. Город стоит в окружении гор, но эти горы оскальпированы, и общее впечатление - все здесь ни к селу ни к городу. Однако, прежде чем отправиться дальше, позвольте вознести хвалу достойнейшему месье Бежё, владельцу отеля "Ориенталь", да хранит его бог. Это дом, где вы действительно можете пообедать. Он не просто кормит: его кофе - кофе прекрасной Франции, к чаю, как в "Пелити", или даже лучше, подают кексы и vin ordinaire, которое, compris, весьма недурно. Запомните это, идущие по моим стопам, - и вы на сытый желудок проедете четверть мира.

На пути из Кобе в Иокогаму нас ожидает сложный маршрут, и поэтому необходим паспорт, ведь предстоит ехать в глубь страны, а не плыть вдоль берега пароходом. Мы собираемся воспользоваться поездом, который, возможно, доставит нас куда надо, если закончена железная дорога. Затем мы отклонимся от железной дороги, следуя своей фантазии. Все предприятие займет около двадцати суток и включит пятидесятимильный пробег на джинрикше, поездку на какое-то озеро и, надеюсь, клопов.



(перевод В.Н. Кондракова, стихотворные переводы - Н.В. Димчевского)


  ещё по теме >>  




Раздел Впечатления о Японии > глава Впечатления о Японии, фотографии, карты





  Рейтинг@Mail.ru